Трамп работал на Кремль? — Возможность в руках Путина
С момента создания НАТО в 1949 году Советский Союз и впоследствии Россия не решались на прямую крупномасштабную конвенциональную военную агрессию против какого-либо члена альянса.
Это было связано со сдерживающей силой, созданной за десятилетия военным превосходством НАТО и принципом коллективной обороны. Однако изменения в отношении Вашингтона к альянсу, наблюдаемые после возвращения Дональда Трампа к власти, превратили политические основы этого механизма безопасности в предмет дискуссий.
Политика Трампа нанесла удар не столько по военному потенциалу НАТО, сколько по политической солидарности внутри него и вере в обязательство коллективной обороны. Главная сила альянса измеряется не только вооружением, военным бюджетом и живой силой. Здесь решающее значение имеет также воля членов обеспечивать безопасность друг друга. А неопределенность, создаваемая Вашингтоном в отношениях с союзниками, может расширить возможности Москвы по использованию разногласий внутри НАТО.
Возможные последствия такого подхода заставляют Европу заново пересмотреть свою архитектуру безопасности.
Будущая надежность НАТО, роль Европейского Союза и Канады в оборонной политике, а также позиция, которую займет Украина в будущей системе безопасности, требуют более серьезного обсуждения.
Намечаются два основных направления: либо в посттрамповский период будет восстановлено прежнее политическое единство альянса, либо Европа, расширив свои оборонные возможности, попытается выстроить более независимые механизмы безопасности.
Другая сторона вопроса — политика администрации Трампа в отношении России и Ирана.
Политическое сближение, демонстрируемое Трампом в отношениях с Путиным, привело к результатам, противоречащим прежним стратегическим планам США. Первоначальная стратегия Вашингтона заключалась в экономическом ослаблении России посредством санкций и подрыве позиций путинского режима.
Планом было уничтожение возможностей иранского режима и финансируемых им вооруженных организаций, а в первой половине 2027 года — достижение смены власти в стране. Однако отношения Трампа с российским руководством и политико-экономическое сближение с диктаторами являются одними из факторов, препятствующих реализации этой стратегии.
Столкновение России и Ирана в настоящее время с экономическими, социальными, дипломатическими и политическими трудностями вызывает серьезные вопросы, особенно относительно будущего тегеранского режима.
Стратегия безопасности Израиля также показывает, что процессы в регионе завершатся не скоро. Намерение Тель-Авива продолжать давление на Иран и его региональных союзников может выдвинуть на повестку дня новые этапы геополитического противостояния в на Ближнем Востоке.
Главный вопрос в этой картине — каким политическим и геополитическим интересам служит политика Трампа. Решения президента США, его отношения с Россией и возможные конфликты интересов должны быть всесторонне расследованы. Демократы поднимут вопрос о политической и юридической ответственности решений Трампа.
Таким образом, обсуждение уже не ограничивается лишь внешнеполитическими выборами Трампа. Речь идет об международном авторитете США, будущей дееспособности НАТО и возможности Запада проводить единую стратегию против таких соперников, как Россия и Иран. Если кризис доверия в отношениях Вашингтона с союзниками не будет преодолен, последствия этого скажутся не только на безопасности Европы, но и, в более широком смысле, на будущем глобальной системы безопасности.
Жаля Ровшан
TodayPress TV