Жертвы, приносимые государствами из-за религиозного фанатизма
Государство не всегда разрушается врагом извне. Самый распространенный путь — подпасть под влияние радикальных идеологий, слепого религиозного фанатизма, взращиваемых определенными силами внутри общества, и шаг за шагом вести себя к самоуничтожению. Когда управлением начинают править не холодный ум и реальные интересы, а радикальные идеи, государство фактически приносит свое будущее, свой народ и экономику в жертву пустым иллюзиям.
Когда радикализм становится государственной политикой, он в первую очередь разрушает дипломатический стол и прагматичный разум. Логика «кто не со мной, тот против меня» заставляет государства сжигать свои ресурсы до последней капли в абсурдных войнах.
Немецкие княжества и Тридцатилетняя война (1618–1648) служат тому примером. Столкновение католического и протестантского радикализма породило страшный демографический геноцид в центре Европы. В некоторых регионах немецких княжеств население сократилось на 50–60 процентов. Сельское хозяйство рухнуло, в некоторых районах фиксировались случаи каннибализма. Именно ослепление государств религиозным радикализмом стер с карты сотни деревень и городов, отбросив развитие региона ровно на 100 лет назад.
Сефевидо-османские межконфессиональные войны (XVI–XVII века) также демонстрируют последствия доминирования идеологиo-религиозного радикализма во внешней политике. В этих противостояниях, заставивших две великие империи истреблять друг друга, в Чалдыране, Чылдыре и других крупных сражениях обе стороны потеряли десятки тысяч опытных солдат и ресурсов. Самое же печальное заключалось в том, что, пока эти две мощные державы ослабляли друг друга, Европа в ходе Великих географических открытий перевела международные торговые пути на океаны. И Сефевиды, и Османы потеряли экономическое превосходство над Шелковым путем именно из-за этого идеологического упрямства.
Гибель хорезмшаха Ала ад-Дина Мухаммада под давлением радикальных религиозных амбиций и фанатичной религиозной прослойки, приказавшего убить монгольских послóв и торговый караван (Отрарская катастрофа), принесла конец империи. Вместо хладнокровной дипломатии были выбраны радикальная гордыня и фанатизм; в результате такие центры науки человечества, как Бухара, Самарканд и Ургенч, были стерты с лица земли.
Когда радикальные течения захватывают власть в обществе и государстве, начинаются внутренние чистки. Ибо радикализм боится свободной мысли, вопрошающих умов.
Испания 1492 года и инквизиция. После Реконкисты Испанское королевство, взяв за основу радикальную христианскую идеологию, вынудило сотни тысяч евреев и андалузских мусульман (морисков) либо насильственно сменить веру, либо бежать из страны. Каков был результат? Испания потеряла своих самых грамотных врачей, математиков, торговцев и ремесленников. Несмотря на тонны золота и серебра, поступавших из Америки, испанская экономика начала рухнуть из-за отсутствия интеллектуальной базы.
Или возьмем уничтожение «Золотого века» Афганистана. Если взглянуть на Кабул в 1960–70-х годах, мы увидели бы женщин, получающих образование в университете, профессоров, сотрудничающих с зарубежными учеными. Однако после того, как страну захлестнули радикальные идеологии и религиозный радикализм, первой мишенью стали именно эти интеллектуалы. Врачи, инженеры, учителя покинули страну. Сегодня Афганистан входит в число самых изогнутых и бедных стран мира именно потому, что потерял целое поколение интеллигенции.
Политическая система Ирана, сформированная после Исламской революции 1979 года, наглядно показывает влияние религиозной идеологии на государственное управление и внешнюю политику. Теократическое правление, долгосрочное противостояние с США и жесткая линия в региональной политике усложнили международные отношения страны. Ядерная программа, поддержка региональных вооруженных группировок и споры вокруг прав человека привели к расширению международных санкций против Ирана. Ограничения затронули нефтяной экспорт, финансовые операции и иностранные инвестиции, сузив экономические возможности. Наряду с санкциями, проблемы в сфере управления и экономической политики углубляли трудности страны. Таким образом, столкновение идеологических приоритетов с национальными и экономическими интересами стало одним из факторов, ограничивающих возможности развития государства.
Экономика также не работает на идеологических лозунгах; она требует стабильности, права и иностранного капитала. Радикализм же уничтожает все это в одно мгновение.
Вспомните, как эти плодородные земли в Ираке и Сирии превратились в руины... Когда радикальная группировка ИГИЛ в 2014 году захватила второй по величине город Ирака Мосул и сирийский город Ракка, она нанесла экономике стран незаживающую рану. Только в операции по освобождению Мосула инфраструктуре города был нанесен ущерб более чем на 15 миллиардов долларов. В Сирии же в результате гражданской войны и распространения радикализма валовый внутренний продукт страны сократился более чем на 70 процентов, миллионы людей превратились в беженцев.
Этот процесс ведет к всестороннему краху. Государства, которые под радикальными лозунгами пренебрегают международным правом и озвучивают радикальные религиозные и идеологические угрозы своим соседям, вскоре попадают в кольцо международных санкций. В результате иностранные инвестиции обнуляются, национальная валюта теряет в цене, а государственный бюджет тратится не на развитие, а просто на «выживание».
Перечисленные нами примеры указывают на одну горькую истину: в обществах, попавших в ловушку радикализма, первой жертвой становится само государство.
Лозунги преходящи, волна фанатизма рано или поздно спадает. Но чтобы восстановить оставшиеся позади разрушенные города, потерянные поколения и обрушенную экономику, требуются десятилетия. Истинная сила государств заключается не в радикальных идеях, а в сильной науке и образовании, прагматичной внешней политике и столпах светского управления. Модель государственности Азербайджана опирается именно на эти принципы — светскость, национальные интересы, сильные государственные институты и прагматичную политику. Сформировавшаяся в стране система управления, правоохранительные и силовые структуры, а также традиции образования и просвещения играют важную роль с точки зрения предотвращения влияния религиозного радикализма на общество и государство. У Азербайджана есть прочный фундамент государственности, и никакой радикальной религиозной идеологии не позволено подорвать стабильность, национальное единство и будущее развитие страны. За этой прочностью стоят сильные государственные институты, политика, основанная на национальных интересах, здравый смысл общества, наука и образование, гармоничное сочетание национальных ценностей со светскими принципами.
Жаля Ровшан
