Не дерзите в адрес покорителя Карабаха!» — ЖЕСТКИЙ ПОСЫЛ азербайджано-гедабекского шейха из Турции тем, кто строит козни против Азербайджана
В последние годы высказывания и позиция некоторых деятелей религии азербайджанского происхождения, действующими за рубежом, вызывают в Азербайджане серьезные обсуждения и вполне обоснованные вопросы. На фоне антиазербайджанской пропаганды, ведомой определенными кругами, недавние заявления лидера джафаритов Турции Салахаддина Озгюндуза о нашей стране сразу выделились своей четкой, государственнической и принципиальной линией.
Салахаддин Озгюндуз родился в 1957 году в районе Тузлука (Дузлуджа) провинции Игдырь. Его корни уходят в Гедабекский район Азербайджана. Получив начальное религиозное образование, он продолжил обучение, чтобы углубленно изучить персидский язык и исламские науки. Некоторое время он проходил фундаментальное обучение в Иране и иракском городе Наджаф по дисциплинам «Сарф и Нахв» (грамматика), «Усуль аль-фих» (правоведение), философии, каламу, тафсиру и истории. По окончании учебы и возвращении в Турцию он работал в различных регионах, а в 1978 году основал движение «Зейнабия» в стамбульском районе Халкалы.
В последнее время Салахаддин Озгюндуз занял решительную позицию в отношении Азербайджана по трем ключевым стратегическим направлениям:
Во-первых, это вопрос единой формы, применяемой в школах. В ответ на предвзятую пропаганду некоторых групп Озгюндуз открыто заявил, что в Азербайджане нет общего запрета на ношение головного убора или хиджаба. На повестке дня стоят исключительно правила единой школьной формы и устав светского образования. Его комментарий полностью соответствует регламенту Министерства науки и образования Азербайджанской Республики касательно «правил одежды учащихся в государственных общеобразовательных школах» и опирается на факты.
Во-вторых, это тема торговых связей Азербайджана с Израилем. Выступив с религиозным аргументом по этому вопросу, Озгюндуз напомнил, что в свое время Хазрат Али также работал в саду иудея, чтобы честно зарабатывать на жизнь, прямо указав тем самым на допустимость и законность межгосударственных торговых отношений с религиозной точки зрения.
В-третьих, это освобождение Карабаха и восстановление историко-религиозных памятников. В своих выступлениях религиозный деятель затронул крупнейшую реальность, которую некоторые стороны предпочитают обходить молчанием, подчеркнув, что руководство Азербайджана заново отстроило, восстановило и вернуло к верующим разрушенные на освобожденных территориях мечети.
На фоне столь здравомыслящих и принципиальных заявлений Озгюндуза особую актуальность приобретает тема Борчалы. Во время пятничной молитвы в центральной мечети Имама Али в грузинском городе Марнеули группа верующих подняла плакаты с лозунгами: «Свободу хиджабу», «Хиджаб — не помеха образованию» и «Хиджаб — украшение женщины». Прочитавший пятничную хутбу Сеид д-р Мирисмаил Асадов посвятил свое выступление именно вопросу хиджаба, стоящему на повестке дня в Азербайджане, после чего Гаджи Гурбан Мургузов затронул процессы, происходящие вокруг хиджаба в мире.
Известно, что Марнеули — это центр исторического региона Борчалы, где компактно проживают азербайджанцы. Любая религиозно-политическая акция, происходящая здесь, носит не только религиозный характер, но и воспринимается крайне чутко с точки зрения хрупкого этнического баланса внутри Грузии и стратегических союзнических отношений Баку и Тбилиси. Примечательна и история мечети Имама Али: построенная в 1739 году, она была разрушена в советский период и восстановлена в 1998 году по инициативе и при поддержке местного населения. А теперь с этой трибуны политизируются внутренние школьные правила соседней страны.
Общая картина событий в итоге демонстрирует две совершенно разные модели:
С одной стороны — модель Озгюндуза, который, несмотря на проживание за рубежом, ставит интересы государственности, территориальную целостность, победу и возрождение религиозных памятников Азербайджана превыше всего;
С другой стороны — модель, пытающуюся превратить внутренний устав светского образования Азербайджана в предмет международных протестов и инструмент политического давления через акцию в исторической мечети Грузии.
В первой модели за основу берутся здравая логика и факты: школьная форма не преподносится как общий религиозный запрет на территории всей страны, а восстановление Азербайджанским государством мечетей, простоявших в разрушенном состоянии тридцать лет в Карабахе, принимается как неоспоримый факт. Во второй же модели реальные факты отбрасываются в сторону, а на первый план выводятся эмоциональные лозунги, искусственный ажиотаж и тезисы внешних кругов.
Именно поэтому решительная позиция Салахаддина Озгюндуза в последнее время вызвала глубокое внимание и симпатию азербайджанской общественности. Он расценивается как один из самых ярких и редких примеров религиозных деятелей, которые, действуя за пределами страны, не поддаются внешнему влиянию и смело защищают истинные интересы своего народа и государства.
Исмаил Шахлы
