Робин Гуд с пистолетом: империя, построенная на страхе
«Plata o plomo» — «серебро или свинец».
В этих трёх словах заключалась вся философия Пабло Эскобара: деньги — тем, кто соглашался, и пуля — тем, кто отказывался.
Он начинал как уличный преступник в бедных кварталах Медельина, а закончил человеком, чьё имя знали почти миллионы людей. Миллиарды долларов, собственные самолёты, поместья, охрана, политика, террор и тысячи погибших — всё это постепенно стало частью его империи.
Но была у этой истории и другая сторона. Человек, который мог приказать убить десятки людей, судью или политика, однажды сжёг миллионы долларов только для того, чтобы ночью согреть собственную дочь. И в этом противоречии, пожалуй, и заключается одна из самых загадочных сторон истории Пабло Эскобара.
Мальчик, который мечтал стать бандитом
Пабло Эмилио Эскобар Гавириа родился 1 декабря 1949 года примерно в 40 километрах от Медельина. Он был третьим ребёнком в бедной семье. Его отец был крестьянином, мать — школьной учительницей. Детство прошло в Колумбии, где истории о знаменитых "бандитос" передавались почти как легенды. О них рассказывали, как о разбойниках, которые грабили богатых и помогали беднякам. Для мальчика эти истории звучали романтически.
В 1961 году семья перебралась в Энвигадо, расположенный неподалёку от Медельина. В школе Эскобар оказался среди подростков, увлечённых левыми идеями и Кубинской революцией. Учёба, однако, продолжалась недолго. В шестнадцать лет он покинул школу. Примерно тогда же началась его преступная карьера.
Сначала были мелкие кражи. Пабло похищал надгробные плиты, стирал с них надписи и продавал вновь. Затем переключился на автомобили, организовав небольшую банду угонщиков.
Но вскоре он понял одну простую вещь: иногда гораздо выгоднее не просто украсть чужое имущество, а заставить владельца платить за его сохранность.
Так появился рэкет.
От улиц — к миллионам
В начале 1970-х годов преступления Эскобара становились всё серьёзнее. Его банда занималась угоном автомобилей, контрабандой и похищением людей.
В 1971 году был похищен богатый промышленник и землевладелец Диего Эчеварио. После пыток он был убит.
Эскобар не стал скрывать своей причастности.
Для части бедных жителей Медельина Эчеварио был символом богатой элиты и зла, поэтому смерть промышленника вызвала неоднозначную реакцию. Эскобар же использовал этот момент, чтобы создать собственный образ защитника бедняков.
Он начал помогать жителям неблагополучных районов, строить дешёвые дома, прокладывать дороги и финансировать общественные проекты.
Так постепенно формировался образ «народного Пабло». Это был образ, который впоследствии станет одним из главных щитов его империи.
Пока власти видели преступника, часть населения видела человека, который приносил в бедные кварталы то, чего десятилетиями не могли дать государственные структуры.
В 1970-е годы спрос на кокаин в США стремительно рос и Эскобар быстро понял, что перед ним открывается рынок, способный превратить обычную преступную группировку в международную империю.
Сначала он покупал наркотики у производителей и перепродавал их контрабандистам. Затем сам занялся организацией поставок. Одним из его ближайших соратников стал Карлос Лейдер, занимавшийся транспортировкой кокаина. На Багамах была создана крупная перевалочная база с причалом, заправками и гостиницей.
Постепенно Эскобар перестал быть просто участником наркоторговли. Он начал контролировать саму систему.
Кокаин производился в подпольных лабораториях Колумбии, доставлялся в другие страны, а затем переправлялся в Соединённые Штаты.
Летом 1977 года Эскобар и несколько других крупных наркоторговцев объединились. Так возник Медельинский картель.
У него появились самолёты, сеть распространения, собственные маршруты контрабанды и даже подводные лодки. А вместе с деньгами пришла власть.
Эскобар покупал полицейских, чиновников и политиков. Если взятка не помогала, следовал шантаж. Если не помогал и шантаж, оставался другой вариант: *Plata o plomo.*-Серебро или свинец ("плати, или умри")
К концу 1970-х годов Медельинский картель контролировал значительную часть поставок кокаина в США. Эскобар стремительно разбогател. Его состояние измерялось миллиардами долларов.
Журнал Forbes включал его в список миллиардеров с 1987 по 1993 год, а в 1989 году он занимал 7-е место среди богатейших людей мира.
Состояние Пабло Эскобара на пике его могущества оценивалось примерно в 30 миллиардов долларов США (что с учетом инфляции сегодня составляло бы гораздо большую сумму).
Пабло Эскобар тратил около 2500 долларов ежемесячно только на канцелярские резинки, чтобы перевязывать огромные пачки наличных денег.
* Масштаб доходов: В 1980-х годах Медельинский картель под руководством Эскобара зарабатывал до 420 миллионов долларов каждую неделю.
* Проблема хранения: Наличности было так много, что её не успевали вносить в банки. Деньги складывали на складах, в подвалах и мешках.
* Потери: Около 10% всех накоплений ежегодно портились из-за сырости, плесени или крыс, которые съедали уголки купюр в хранилищах.
У него были десятки поместий, огромные земельные владения, коллекция автомобилей и частный аэродром. Одним из самых известных владений стала Hacienda Nápoles.
На территории поместья появились искусственные озёра, бассейны, спортивные площадки и огромный зоопарк. Туда доставляли экзотических животных из разных уголков мира.
Но деньги для него уже переставали быть средством достижения цели. Они становились самой реальностью, в которой он жил.
Позже его сын Себастьян Маррокин рассказывал, что во время одного из периодов бегства Эскобар сжёг около двух миллионов долларов, чтобы согреть дочь Мануэлу и приготовить еду.
Это одна из тех историй, которые почти невозможно представить в обычной жизни. Для обычных людей два миллиона долларов — состояние. Для Эскобара это был материал для костра.
При этом сам он, несмотря на состояние, созданное торговлей кокаином, по воспоминаниям близких, практически не употреблял наркотики и с презрением относился к наркоманам, считая их ничтожеством.
Робин Гуд из Медельина
Эскобар прекрасно понимал: одними страхом и деньгами власть не удержать. Поэтому он продолжал вкладываться в бедные районы Медельина. Строил дома, дороги, спортивные площадки и другие объекты инфраструктуры. Один из районов даже получил неофициальное название — Баррио Пабло Эскобар.
Для многих бедняков он действительно выглядел спасителем . Эскобар поддерживал этот образ и сам. Он видел себя колумбийским Робин Гудом.
Но за фасадом благотворительности существовала другая реальность — похищения, убийства, террор и наркотрафик. И чем больше становилась его империя, тем сильнее Эскобар стремился выйти за пределы преступного мира.
Он хотел власти уже не только над улицами.
Он хотел власти официальной.
В 1982 году Эскобар стал замещающим членом Конгресса Колумбии.
Для человека, который ещё недавно был известен главным образом полиции и криминальному миру, это был почти невероятный путь. Но Эскобар хотел большего. Он мечтал о президентском кресле.
В Боготе, однако, его воспринимали совсем иначе, чем в Медельине. Там его прошлое и происхождение денег становились всё более очевидными.
Политик Луис Карлос Галан открыто выступил против присутствия Эскобара в политике.
Министр юстиции Родриго Лара Бония начал кампанию против проникновения денег наркоторговцев в политику.
В январе 1984 года Эскобар был исключён из Конгресса. Его политическая карьера закончилась.
Но для Эскобара это было только начало другой войны.
30 апреля 1984 года автомобиль министра юстиции остановился на одной из улиц Боготы. К машине подъехали вооружённые люди. Раздалась очередь. Родриго Лара Бония был убит.
Это убийство стало одним из символов новой эпохи в истории Колумбии. Наркоторговцы больше не пытались просто скрываться от государства: Они объявили ему войну.
В середине 1980-х годов США усилили давление на Колумбию, требуя выдавать наркоторговцев американскому правосудию. Для Эскобара и его соратников экстрадиция в США была практически смертным приговором их империи. В ответ появилась террористическая организация Los Extraditables — «Экстрадируемые».
Её послание было предельно простым: *лучше могила в Колумбии, чем американская тюрьма.*
Началась война.
6 ноября 1985 года группа левых партизан захватила Дворец правосудия в Боготе. Внутри находились судьи Верховного суда и другие сотрудники. Здание оказалось в центре вооружённого противостояния. В ходе штурма, продолжавшегося много часов, погибли десятки людей, включая судей Верховного суда.
История этого события остаётся одной из самых трагических страниц современной истории Колумбии.
Тем временем давление на Эскобара продолжалось.
В феврале 1987 года в США был экстрадирован Карлос Лейдер — один из его ближайших соратников. Сам Эскобар скрывался.
У него были тайные убежища, информаторы в государственных структурах и люди в деревнях, предупреждавшие о приближении полиции. Но постепенно кольцо сжималось.
В 1989 году Эскобар снова попытался договориться с властями. Он был готов сдаться, если ему гарантируют, что его не выдадут США. Правительство отказалось. После этого террор достиг невиданного масштаба.
16 августа был убит судья Верховного суда Карлос Валенсия.
17 августа погиб полковник полиции Вальдемар Франклин Контеро.
18 августа на предвыборном митинге был убит Луис Карлос Галан — политик, обещавший бороться с наркоторговцами и поддерживавший их экстрадицию в США.
В течение следующих месяцев Колумбия погружалась в атмосферу страха.
Происходили взрывы, убийства и покушения.
27 ноября 1989 года взорвался пассажирский Boeing 727 над Боготой рейса 203 авиакомпании Avianca . На борту находились 110 человек. Погибли все находившиеся на борту. Предполагалось, что целью взрыва мог быть кандидат в президенты Сесар Гавирия, однако он в последний момент изменил планы и на самолёт не сел.
Взрыв у здания спецслужб DAS (1989): Мощный заминированный грузовик в Боготе разрушил здание департамента безопасности, убив более 50 человек и ранив около 600.
Война между государством и наркомафией окончательно перестала быть борьбой с преступностью.
Она превратилась в настоящую войну.
В 1990 году правительство создало специальную поисковую группу, задачей которой был захват Эскобара. Во главе группы оказался полковник Уго Мартинес. В неё вошли сотрудники полиции, армии, спецслужб и прокуратуры. Эскобар всё ещё обладал огромными финансовыми ресурсами. Но постепенно он начал терять главное — людей. Некоторые союзники были арестованы. Другие начали сотрудничать с властями. Третьи просто исчезали. Тогда Эскобар пошёл на отчаянный шаг.
Его люди начали похищать влиятельных граждан страны. Расчёт был прост: родственники заложников должны были заставить правительство отказаться от экстрадиции.
19 июня 1991 года Эскобар сдался властям. Но это была капитуляция только на бумаге.
Тюрьма, которой не было
Эскобар согласился признать вину по нескольким относительно незначительным обвинениям. Взамен ему гарантировали отсутствие экстрадиции в США. Для своего заключения он построил специальную тюрьму — La Catedral. Но за высоким забором находилась вовсе не обычная тюрьма.
Там были бассейн, сауна, джакузи, дискотека и футбольное поле. Эскобара посещали друзья, женщины и родственники. Охрана имела ограниченные возможности вмешиваться в его жизнь. А сам Эскобар продолжал руководить своей империей. Он фактически создал тюрьму, в которой сам устанавливал правила.
Однако даже здесь его власть начала разрушаться. Когда Эскобар узнал, что некоторые компаньоны присвоили часть его денег, он приказал доставить их в La Catedral. И лично участвовал в их пытках и убийстве. Для правительства это стало последней каплей.
22 июля 1992 года президент Сесар Гавирия приказал перевести Эскобара в настоящую тюрьму. Эскобар узнал об этом раньше властей. И бежал.
После побега из тюрьмы «Ла Катедраль» картель устроил серию взрывов в торговых центрах и людных кварталах Боготы и Медельина, включая динамитный теракт в Боготе 30 января 1993 года(100 кг динамита), унесший жизни 25 человек
После побега ситуация изменилась.
У Эскобара всё ещё были деньги, оружие и люди. Но прежней власти уже не существовало. Правительство Колумбии и США усилили охоту. Одновременно появилась организация Los Pepes — «Люди, пострадавшие от Пабло Эскобара». Её участники объявили собственную войну людям наркобарона. Они разрушали его имущество, убивали его соратников и преследовали тех, кто был связан с его империей. Для Эскобара возникла новая угроза. Теперь опасность исходила не только от государства. Его враги приближались к семье. Всё чаще он думал не о деньгах и даже не о собственной жизни, а о жене и детях.
Он давно их не видел.
Осенью 1993 года Медельинский картель фактически распался. Империя, которую Эскобар строил годами, рушилась. 1 декабря ему исполнилось 44 года. На следующий день он позвонил семье. Эскобар прекрасно понимал, что телефонный разговор может выдать его местонахождение. И всё же он не смог удержаться. Он говорил с сыном около пяти минут. Этого оказалось достаточно. Правоохранительные органы определили где скрывался Эскобар.
2 декабря 1993 года дом в квартале Лос-Олибос был окружён. Начался штурм.
Телохранитель Эскобара, известный как Эль Лимон, открыл огонь и погиб.
Эскобар попытался выбраться через крышу. В руках у него был пистолет. Он стрелял по преследователям, пытаясь прорваться. А затем прозвучал последний выстрел. Пуля снайпера попала ему в голову. Пабло Эскобар был убит.
3 декабря 1993 года улицы Медельина заполнили тысячи людей. Одни пришли оплакать человека, которого считали своим защитником. Другие — чтобы убедиться, что он действительно мёртв. Это было последнее противоречие в истории Эскобара. Для одних он оставался убийцей и наркоторговцем, ответственным за смерть тысяч людей. Для других — человеком, который строил дома, помогал беднякам и не забывал, откуда пришёл сам.
После его смерти Медельинский картель распался. Часть имущества исчезла, часть была разграблена. Семья покинула Колумбию. Его сын позднее сменил имя и стал Себастьяном Маррокином.
Он рассказывал о своём отце в интервью и документальном кино, пытаясь отделить семейную память от легенды, которую создал вокруг себя Эскобар.
Прошли десятилетия, но имя Пабло Эскобара не исчезло. Его история превратилась в книги, фильмы, сериалы и документальные проекты. Но, пожалуй, самое странное в наследии Эскобара заключается не в миллиардах и даже не в масштабах его преступлений.
А в том, как легко реальный человек превращается в легенду. Он мог приказать уничтожить целую группу людей — и в тот же день строить дома для бедняков. Мог владеть миллиардами — и сжигать пачки денег, потому что его дочери было холодно. Мог мечтать о президентском кресле — и одновременно оставаться одним из крупнейших преступников своего времени.
Он построил империю, основанную на страхе. Но в конце остался один.
*«Plata o plomo». Серебро или свинец.
Для Эскобара эта фраза долгое время была оружием. В конце она превратилась в приговор.
TodayPress TV
