Зангезурский вопрос затягивается — Пашинян блуждает по скалам

ЧЕГО ЖДЕТ АРМЕНИЯ?

Зангезурские часы идут, а Ереван держит стрелки

Уже год мы слышим одну и ту же фразу: «через несколько недель что-то будет подписано».

Уже год публикуется одно и то же фото: Пашинян в горах, на скалах, переезжает из села в село, с микрофоном в руках и камерой за спиной. Но документа на столе так и нет. Отсюда и возникает вопрос: чего ждет Армения?

8 августа 2025 года в Белом доме Президент Азербайджана Ильхам Алиев и Премьер-министр Армении Никол Пашинян при участии Дональда Трампа подписали совместную Декларацию, а министры иностранных дел парафировали мирное соглашение из 17 статей. Этим самым документом Минская группа ОБСЕ была отправлена в историю, а Армения взяла на себя обязательство разработать совместно с США рамочное соглашение по 42-километровому участку, который пройдет по ее территории, — «Маршруту Трампа для международного мира и процветания» (TRIPP).

Что произошло после этого? Давайте посмотрим на календарь. В декабре в Берлине Пашинян заявил: «в следующем году мы перейдем к этапу фактической реализации и строительства». В конце апреля, представляя предвыборную платформу, он отметил: «к фундаментальным работам приступим в 2026 году». 27 мая он высказался более конкретно: рамочное соглашение будет финализировано «максимум в течение месяца». Во время визита госсекретаря Марко Рубио в Ереван документ был парафирован, а глава МИД Арарат Мирзоян пообещал «несколько недель» — текст согласован на политическом уровне, остались лишь «технические процедуры».

Сейчас середина июля. «Один месяц» прошел, «несколько недель» тоже истекли. Документ всё еще лежит на столе. А в марте Пашинян на своем брифинге признался в еще более интересной вещи: события в Иране могут задержать TRIPP, так как администрация США, «по крайней мере на данный момент», не считает это приоритетом.

7 июня в Армении прошли выборы, на которых победил Пашинян. Были обнародованы цифры: «Гражданский договор» — 727 160 голосов (49,81%); «Сильная Армения» Самвела Карапетяна — 340 062 голоса (23,29%); блок Роберта Кочаряна «Армения» — 145 097 голосов (9,94%); а «Процветающая Армения» Гагика Царукяна с 58 368 голосами (4,00%) осталась за бортом электронного калькулятора. Число избирателей составило около 2,5 миллионов, явка — 58,97%. Итог: 64 из 105 мандатов достались правящей партии.

64 — это комфортное большинство. Но это не 70. То есть конституционного большинства нет. И весь спор кроется именно в этих шести мандатах. Ведь требование Баку остается неизменным: из преамбулы Конституции Армении должна быть удалена ссылка на Декларацию о независимости — то есть на пункт об «объединении» с Нагорным Карабахом. Президент Ильхам Алиев в феврале в Мюнхене сформулировал это одной фразой: де-факто мир уже есть, и в тот день, когда Ереван исправит свою Конституцию, Азербайджан подпишет мирный документ.

Для этого необходим референдум. Математика же референдума сурова: на него должны прийти не менее 50% избирателей, более половины пришедших должны сказать «да», а число проголосовавших «за» должно быть не менее четверти от общего числа избирателей — примерно 600 тысяч человек. Правящая партия на июньских выборах набрала больше этого количества голосов. То есть это возможно. Однако по законодательству Армении референдум может быть проведен не ранее чем через шесть месяцев после выборов — а это начало декабря. 9 июля Пашинян пообещал, что проект новой конституции будет представлен общественности до конца года. Обратите внимание: проект — до конца года, а референдум... неизвестно когда.

Бывший министр иностранных дел Тофиг Зульфугаров характеризует ситуацию грубо, но точно: Пашинян пытается усидеть одновременно на двух, а то и на трех стульях. С одной стороны — Вашингтон и ожидания в размере 200–220 миллионов долларов от «маршрута Трампа» (причем заместитель министра финансов Армении Аваг Аванесян до сих пор оставляет без ответа вопрос о том, изменилась ли эта цифра).

С другой стороны — Москва: замминистра иностранных дел РФ Михаил Галузин открыто заявляет, что Ереван обязан учитывать позицию России в этом проекте, поскольку железные дороги Армении всё еще находятся в концессионном управлении «Южно-Кавказской железной дороги» (дочки «РЖД»), а транзит подчиняется правилам Евразийского экономического союза.

Третий стул — Тегеран. 4 июля Пашинян, прибывший в Тегеран на церемонию прощания с Хаменеи, получил от президента Масуда Пезешкиана четкий сигнал: «вмешательство внерегиональных акторов не решает проблемы, а наоборот, создает трудности». Формально послание адресовалось Еревану, но истинный адресат понятен каждому.

Человек, сидящий между этими тремя стульями, не принимает решений. Принять решение — значит потерять два из этих стульев. Поэтому Пашинян и ходит по горам и скалам: встреча в селе, брифинг на границе, панель в Берлине, соболезнования в Тегеране. Движение есть, направления нет.

Именно здесь видна разница. Армянская сторона работает обещаниями, а азербайджанская — кубометрами. Автомобильная дорога Горадиз — Джебраил — Зангилан — Агбенд протяженностью 123,6 км: 3 туннеля (12 км), 23 из 24 мостов готовы, сдача в эксплуатацию — во второй половине 2026 года. Железная дорога Горадиз — Агбенд протяженностью 110,4 км (2021–2026 гг.). Участок Алят — Османлы протяженностью 60 км с пропускной способностью 40 миллионов тонн в год.

Более того, Баку демонстрирует стремление к миру не на словах, а на деле (в поставках). Президент Ильхам Алиев 13 июля на IV Шушинском глобальном медиафоруме перечислил факты: Азербайджан в одностороннем порядке снял все транзитные ограничения, из России, Казахстана и других мест в Армению было перевезено более 40 тысяч тонн грузов, кроме того, сам Азербайджан отправил в Армению более 10 тысяч тонн нефтепродуктов. В период, когда топливный кризис приобретает глобальные масштабы, Армения видит в Азербайджане надежный источник.

На том же форуме глава государства четко обозначил границу: пока в Конституции Армении остаются территориальные претензии, мирное соглашение подписано не будет. Азербайджан не хочет новой войны, но и молча смотреть на подъем реваншистских сил и вооружение Армении не станет.

Вопрос остается прежним

Исследователь Ереванского центра региональных исследований Эмили Фрейзер отмечает, что реализация TRIPP начнется во второй половине 2026 года, однако риски задержки сохраняются, и связывает это напрямую с неподписанием мирного соглашения.

То есть дело не в кресле Пашиняна. Дело в одной юридической формулировке. Если эту фразу не удалить, то даже в случае подписания мирного соглашения Конституционный суд Армении завтра может признать его недействительным — и радикалы обязательно воспользуются этой лазейкой. Позиция Баку «мы не торопимся» исходит именно из этого: де-факто мир и так работает, дороги строятся, грузы перевозятся, коридор записан на счет США. Время работает не против Азербайджана.

Поэтому весь вопрос сводится к одной фразе: чего ждет Армения? Разрешения России? Согласия Ирана? Очередного чека от Вашингтона? Или просто — излечения своего общества от болезни «миацума»? Если последнего, то для этого нужно говорить не на горах и скалах, а в центре Еревана, перед микрофоном. А время — до декабря.

Азиз Алибейли

Исследователь по международным отношениям

TodayPress TV